Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший - Анна Солейн
Боже.
На лице Мортимера, который стоял у двери, начала расплываться жабья довольная улыбка.
Сердце пропустило удар, и рухнуло в пятки.
Нет. Этого быть не может!
Он ведь в самом деле способен это сделать! Метьюз будет вынужден меня уволить, и тогда…
Шеррил смотрел на меня с видом триумфатора, когда за моей спиной раздалось короткое:
“Нет”.
Я, Мортимер и Шеррил разом посмотрели на Ашера.
Тот уже успел надеть рубашку, вернуть повязку на глаза, и теперь сидел на кушетке так же, как сидят на троне: с идеально прямой спиной и поднятой головой.
“Прошу прощения? — ошарашенно пробормотал Шеррил. — Но ваша светлость…”
“Целительница Уэйн остается”, — сказал Ашер так коротко и весомо, что никто из нас не посмел возразить.
В этот момент я поняла, как этот дракон был способен командовать армией и в одиночку одолеть матку ифритов.
А еще сообразила, что этот тон, властный, тяжелый, удушающе повелительный, я слышу от него впервые — хотя порой мы с Ашером не раз и даже не десять раз спорили до хрипоты.
Потом я так и не удосужилась спросить у Ашера, что было у него на уме, когда он отсылал Шеррила обратно в столицу. Мортимер с тех пор смотрел на меня так, как будто я лично всадила ему в спину нож.
Неужели Ашер наконец поверил в то, что я могу его вылечить? Или дело было в чем-то другом?
Никто из нас даже не произносил имя Шеррила до этого момента.
— Целитель Шеррил — интеллигентный, умнейший человек, высококвалифицированный специалист, — вырвал меня из размышлений голос реального Ашера. — Не то, что ты, костоломка, ай! Целительница Уэйн, у меня только два колена, хватит по ним лупить! Я бы хотел оставаться с ними вместе до конца!
Хмыкнув, я запрокинула голову и посмотрела Ашеру в лицо.
Он правда — не понимает? Не заметил даже? Интересно, когда до него дойдет?
Глава 23
Я выпрямилась и аккуратно спрятала небольшой канцелярский нож в карман.
— Жду, пока до вас дойдет.
— Что ты послана мне в наказание за грехи и перестала притворяться, что не пытаешься меня убить?
— Что к вашим ногам возвращается чувствительность. Вспомните, совсем недавно вы моих прикосновений почти не ощущали.
Ашер замер, как сидел, с наклоненной набок головой. Спустя несколько секунд он медленно поднял здоровую руку и сжал ею свое бедро.
— Главное — не переусердствуйте, — посоветовала я. — А то оторвете еще на радостях.
Ашер повернулся ко мне, безошибочно, как будто явно видел, где именно я стою. От этого по спине пробежали мурашки, как будто в меня впился тяжелый взгляд.
— Ты думаешь… — хрипло начал Ашер и откашлялся. Следующие его слова звучали с деланой небрежностью: — Целительница Уэйн, это значит, я скоро смогу ходить?
Соблазн ответить: “Разумеется, если будете меня слушаться!” — был огромен, но я никогда не была одним из тех врачей, которые врали пациентам, лишь бы их обнадежить.
Может, поэтому я не слишком хорошо умела ладить с детьми и теми, которые склонны к высоким чувствам и истерикам (мужчин, к слову, мне таких попадалось намного больше).
Случай Ашера не был простым: во-первых, с момента инсульта прошло семь лет, а я не знала, как магический стазис влияет на нейропластичность.
Кроме того, я так ничего и не смогла найти о драконах и том, как на восстановление влияют особенности их нервной системы.
Будь Ашер человеком, находись мы в привычном мне мире, где под рукой МРТ И КТ, а еще — препараты-нейропротекторы и привычные мне реабилитационные тренажеры, я могла бы давать прогнозы более уверенно.
Но увы, наша ситуация была другой.
Преодолев себя, я покачала головой, а затем, спохватившись, сказала:
— Никаких гарантий нет, генерал Ашер. Я сделаю все, что от меня зависит.
Ашер ничего не ответил, даже не пошевелился. Несколько секунд между нами висела тишина, а затем я честно добавила:
— Но у вас благоприятный прогноз. И большие шансы на улучшение — если будете делать то, что я говорю.
— На улучшение? Не на то, что я смогу ходить и видеть, а на улучшение?
— Да. Однако вам все равно следует пореже носить повязку и почаще разминаться — сколько раз я говорила, что самомассаж тоже важен! И смена позы — это как минимум! Раз в два часа! А упражнения для глаз — вы думаете, я с вами шутки шучу, когда прошу их выполнять?
Воспитательный момент я тоже не собиралась упускать. Потому что, ей-богу, любимое кресло Ашера мне временами хотелось сжечь, как и его любимую повязку.
Ашер, которого мне явно не удалось отвлечь, хмыкнул:
— Я понял, целительница Уэйн. И…
— Что — и?
Он поднял голову, как будто хотел посмотреть мне в глаза.
— Спасибо за честность.
— Пожалуйста, — сглотнула я.
Ашер вдруг коротко засмеялся.
— Целитель Шеррил убеждал меня, что я поправлюсь, если буду молиться. Правда, это не мешало ему советовать моему брату срочно искать нового кандидата на мой титул, потому что старый вот-вот закончится, не оставив наследников.
— Он сделал это при вас? — ахнула я.
Нет, я врачебный цинизм лучше других понимала и сама не была фиалкой, но чтобы настолько…
— Это было сразу после моего выхода из стазиса — должно быть, он считал, что я еще не в себе. Так оно и было, кстати.
Повисла тишина, а затем я откашлялась, бросив взгляд в окно. Солнце уже ползло к закату — осень постепенно приближалась, дни были все короче и короче.
— Мне пора, генерал Ашер. Увидимся завтра.
Я направилась к выходу, и Ашер вдруг схватил меня за руку:
— Ты не ответила.
Меня перетряхнуло. Я уставилась на его ладонь, сжимающую мое запястье, и задумалась о том, что менее подозрительно: отнять руку и не отнимать. Как бы я себя повела, если бы у меня внутри не было этого комка непонятных чувств к Ашеру?
А потом отругала себя за то, что вообще об этом думаю.
— Я уже сказала, что не могу дать вам никаких гарантий. Восстановление в вашем случае зависит от многих факторов, которые…
— Я не об этом. Почему твой сын не ходит в школу.
Передернув плечами, я все-таки вырвалась из хватки Ашера и шагнула назад.
— Вы тоже не ответили. Почему вы не посещаете балы, генерал Ашер?
Он криво усмехнулся.
— Если ты не заметила, я слегка не в том состоянии.
Я выразительно подняла брови, а затем сообразила, что Ашер меня не видит. Чтоб его, вечно забываю, с его-то идиотской проницательностью.
