Оле и Оля - Светлана Шукурова

Светлана Шукурова

Оле и Оля

— Зачем пришел опять?

— Рассказать тебе сказку на ночь.

— Мне дедушка рассказывает сказки.

— А кто рассказывает сказки твоему дедушке? — возразил Оле.

— Сам придумывает — Оля села на постели и демонстративно повернулась к нему спиной.

Оле вздохнул и потрогал рукой цветок на внезапно распустившемся кактусе.

— Ну чего ты обижаешься, — примирительно спросил он.

— Ты обещал вчера прийти, — Оля не собиралась забывать обиды — дедушка говорил, если я веду себя хорошо, ночью приходит Оле Лукойе, сыпет на реснички специальную волшебную пыльцу и потом снятся красивые сны. А я весь день вела себя хорошо.

— Ну откуда ты знаешь, что я не приходил? — неудачно попробовал соврать Оле.

— Мне ничего не снилось — Оля моргнула, чтобы обиженная слезинка не скатилась на щеку, но нос предательски шмыгнул и выдал ее.

— Не приходил, — Оле виновато вздохнул — прости меня. Я был у другой девочки.

— Вот видишь! — всхлипнула Оля и обиженная слезинка не удержалась и все же упала ей на щеку.

— Ну не плачь, — Оле неуклюже слез с подоконника, сел рядом и вытер ее слезинку рукавом старого свитера.

И тут Оля наконец посмотрела на него:

— Почему ты такой старый? Раньше ты был молодой.

— Потому что я устал.

— А что ты делал?

— Отгонял кошмары.

— У той девочки?

— Понимаешь — он поерзал — когда кому-то снятся кошмары, их нужно отогнать. Иначе человек может заболеть.

— Из-за кошмаров?

— Из-за того, что не спит. Вот тебе снились когда-нибудь кошмары?

Оля задумалась: — Что-то страшное?

— Да

— Не помню, — она честно постаралась задуматься еще сильнее. И не заметила, как обида прошла совсем. — Наверное нет, — окончательно решила она.

— Видишь, а той девочке снятся. Она просыпается ночью и плачет. И больше не может уснуть.

— А что ей снится?

— Я подсмотрел однажды, — Оле вздрогнул — ей снилось самое страшное, что может произойти с человеком.

Оля поближе прижалась к нему, но они оба этого даже не почувствовали. Ведь Оля была девочкой, а Оле — волшебным духом. А добрые духи нужны для того, чтобы отпугивать кошмары. И чтобы когда маленькие люди станут большими, эти кошмары не стали настоящими.

— Что ей снилось? — прошептала Оля.

— Ей снилось, что она совсем одна, — Оле вздрогнул опять. И, несмотря на то, что он был просто духом, они почему-то оба это почувствовали.

— Разве это страшно? — удивилась Оля — я часто остаюсь одна. Когда мама с папой на работе.

— Нет, так не страшно, — Оле покачал головой и вмести с ним качнулась тень его колпачка на стене — у нее есть мама и папа, но она все равно одна.

— Даже с мамой и папой? — Оля так широко распахнула глаза от удивления, что, если бы Оле не было так грустно, он бы засмеялся.

— Даже с мамой и папой, и маленьким братиком. Она все равно одна. Она думает, что не одна она была бы только с собакой. Что собака бы ее понимала. Но собаку ей не покупают.

— Почему?

— Не знаю, — вздохнул Оле, — поэтому я приношу ей сны про собак.

— А какие собаки ей нравятся?

— Только одна — колли. Такая большая, добрая и рыжая.

Оля задумалась, посидела тихонько, потом улеглась, поерзала под одеялом и сонно попросила:

— Отнеси ей сон про собаку колли. Я сегодня так буду спать, — и закрыла глаза.

Оле легко поднялся, чувствуя себя опять молодым и полным сил, сунул руку в карман вельветовых брючек и достал немного разноцветной пыльцы.

Наклонился, расправил ладонь и легко дунул — пыльца села прямо на длинные, подрагивающие ресницы.

Оле облегченно расправил крылья и вылетел в окно.

Этой ночью Оля гуляла с девочкой очень похожей на нее, на Олю. Только немного старше. И с большой собакой колли — по странному сиреневому парку, в котором разноцветными невиданными цветами распускались кактусы.

А Оле с улыбкой наблюдал за ними, невидимый на суку ближайшего сиреневого дерева.

Когда через полгода у Оли родится братик, она больше не будет просыпаться среди ночи, она больше не будет одна. У нее будет самая лучшая на свете подруга — она сама. И самая лучшая на свете собака — большая рыжая колли. Каждую ночь.

Потому что добрые духи нужны для того, чтобы развеивать кошмары, и чтобы когда маленькие люди станут большими, эти кошмары не стали настоящими.