Голубая зона - Эндрю Гросс

– Рут Бернштейн, – сказал он.

Затем встал мужчина в последнем ряду:

– Элан Маркус.

Встала женщина в шали, сидящая сбоку.

– Артур Левин, – тихо произнесла она.

Наступила тишина. Раввин ждал. Оглядел паству, нет ли еще желающих.

Кейт встала. Взяла за руки Эм и Джастина.

Шарон всегда будет ее матерью. Не важно, как все было. Не важно, чья кровь течет в ее жилах.

– Шарон Рааб, – громко проговорила она. – Наша мама.

Потому что это тоже было правдой.