Лето в Италии - Айрис Денбери
– Мы потушим огни и пойдем прямо в Тирренское море, – сказал Крейг.
Она взяла его под руку.
– Тирренское! Как красиво и мечтательно звучит. А Крит? Ты еще собираешься туда?
– Я уже сказал. Я не могу оставить тебя. Мне даже будет плохо без тебя в Сорренто! А Крит подождет, пока я не смогу взять тебя с собой.
Он заговорил о планах на совместное будущее, о смутной идее съехать с квартиры в Сорренто и жить в Монтори, пока Грента занята работой с Мервином.
– Ты же понимаешь, что я не могу оставить его в самый разгар работы, – заметила она.
– Его счастье, что я терпеливый человек. Кстати, ты сообщила твоей маме о скоропалительном решении?
– Еще нет. Я напишу ей завтра:
– В Новую Зеландию, – пробормотал он. – А я не прочь когда-нибудь увидеть эту страну. Ведь ты бы хотела навестить маму и сестру, правда?
– Конечно.
– Прекрасно. Тогда у нас есть отличный предлог. Спустись вниз за шампанским и бокалами.
Они выпили друг за друга, потом за Мервина, графиню и ее адвоката, Ориеллу и Андре, затем вспомнили Джозефа и греческого парня Тео.
Яхта уже довольно далеко отошла от берега, и Монтори казался им полоской яркого света на краю воды, с темными скалами, освещенными сзади яркими огоньками.
Откуда-то, вероятно с берега или с соседней яхты, до них донесся звук мандолины.
Грента встала и подняла бокал с шампанским:
– Давай выпьем за Монтори и его мандолины! Крейг улыбнулся и кивнул:
– За Монтори!
Именно мандолины навсегда останутся в памяти Гренты. Где бы она ни услышала звуки этих вибрирующих струн, она будет вспоминать Монтори, место, где они с Крейгом чуть не потеряли друг друга, но где их дороги, к обоюдному удовольствию, соединились.
