Моя жизнь с Евдокией - Людмила Старцева
Поначалу она обиделась, хотела закатить скандал, но потом решила посмотреть, что будет дальше.
А дальше Михаил Юрьевич, придя, как обычно, в пятницу, достал из портфеля новые тапки, из толстого серого сукна. И все было как всегда, лишь на коврике возле кровати вельвет теперь стоял рядом с сукном.
До утра она ворочалась под боком мирно спящего любовника, не в силах заснуть. «А что ты хотела? — думала она. — Ты для него чужой человек, которого используют для безопасного комфорта. Как тапки. Он никогда на тебе не женится. Ты даже не знаешь, куда он носит свои тапки в остальные дни, кроме среды и пятницы. Надо кончать с этим, не дожидаясь, пока тебя бросят с брезгливым отвращением»
Она встала, решительно всунула ноги в серые тапки и пошла в душ. Там она немножко поплакала, привела себя в порядок особенно тщательно, подкрасив губы помадой цвета вамп.
Когда она вышла из душа, Михаил Юрьевич был уже на кухне, разливал по чашкам дымящийся кофе.
— Садись скорее — сказал он. — Кофе остынет. И потом — мне нужно сказать тебе что-то важное.
На столе, возле ее чашки, лежала маленькая бархатная коробочка. А на ногах у Миши были коричневые вельветовые тапки.
