Стертые буквы - Елена Первушина
Отдельные детали заимствованы из обихода никобарцев (понятие «тухет», «особые» свиньи и, кстати, чудесное спасение от потопа — оно действительно имело место во время печально известного декабрьского цунами 2004 года), ирула (охота на змей), сиамцев (брак девочки с солнцем), апатани (серьги в носу) и горных арапешей (забота брата о семье сестры, предпочтение заимствованной культуры, мягкое, но неуклонное вытеснение более активных и предприимчивых членов общества). О горных арапешах можно прочитать в монографии Маргарет Мид «Пол и характер» или «Мужское и ж, енское». О байга, никобарцах и ирула я узнала из документального сериала AIM-Television «Мудрость племен».
Легенда об олене и женщине — переработанное предание о Мян-даш Кольских саамов (Сборник «Саамские сказки»). В оригинале, разумеется, нет никаких артунов. Прирученные стеллеровы коровы — это, к сожалению, тоже чистая фантазия.
«Баллада о Флоре и Филиде», играющая такую важную роль в эпилоге, — подлинная средневековая баллада, сочиненная одним из вагантов (странствующих студентов) и переведенная Львом Гинзбургом.
И, наконец, сам рассказ был навеян статьей одного французского историка, опубликованном в одном из сборников по истории Средневековья. Автор проанализировал список дарений, которые делали родители студентам Сорбонны. Разумеется, наибольшее количество дарений делалось сыновьям аристократии — при этом они получали дома, земельные наделы, мельницы, дорогую посуду, драгоценности и т. д. Однако некоторые подарки были сделаны людьми совсем небогатыми — мелким сельским духовенством и даже крестьянами. Причем, большинство таких даров от малозажиточных родителей детям сопровождались припиской: «Чтобы он мог продолжать обучение и получить ученое звание.
Огромное спасибо Наталье Крамаренко и Игорю Бабанину. Первая, будучи профессиональным юристом, а в прошлом — следователем, объяснила мне, как правильно вести себя на месте преступления (и большое спасибо ей за сцену с перевязкой руки в 4-й части, без нее финал смотрелся гораздо хуже). Второй — эколог и яхтсмен — очень доброжелательно правил мои фантазии на тему морехождения.
