Дама с биографией - Ксения Велембовская
Пока она высказывалась сдуру, Костя как-то испытующе-недоверчиво щурился, а при последних словах глаза его округлились от возмущения:
— Ну, знаешь, это уж слишком! — И он, резко развернувшись, чуть ли не бегом кинулся вниз по мостовой.
Догонять его, снова извиняться и снова объясняться Люся была уже не в состоянии — чересчур сильным оказалось напряжение сегодняшнего вечера. Сражаясь с Марком, она так долго держала себя в руках, что теперь сломалась. Вслед за усталостью на нее уже накатывала волна жалости к себе — одинокой, слабой женщине, на чью долю за последние полгода выпало столько испытаний, сколько этим двум здоровенным мужикам, которые вынимали из нее душу пять часов подряд, и во сне не снилось!
«Да пропадите вы все пропадом!» — жалобно всхлипнув, прошептала она, у двери в подъезд все-таки оглянулась, но мостовая была пуста. Лишь далеко внизу между голыми ветками бесплодных вишен, тридцать лет назад понатыканных безбашенными новоселами на продуваемой всеми ветрами глиняной горе, в свете фонаря со стройки мелькнула чья-то тень… Ладно, глядишь, завтра опомнится и позвонит. Отходчивый товарищ.
Он не позвонил ни завтра, ни послезавтра. Пришлось засунуть свою женскую гордость подальше и набрать самой. Вежливый докторский баритон в трубке ответил: «Извините, я сейчас занят». Оставалось только ждать. Если ты мужчине нужна всерьез, он обязательно объявится.
Выходные прошли, но он не объявился.
В понедельник, когда за огромными окнами бывшего НИИ уже искрилась настоящая весна, для кого-то, наверное, радостная и многообещающая, Люся без лишних слов положила Руслану на стол заявление об уходе. На вокзале взяла билет и поздним вечером села в питерский поезд.
